Скрытый город

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Скрытый город » Городской архив » Ловись, рыбка, большая и ...


Ловись, рыбка, большая и ...

Сообщений 1 страница 20 из 35

1

Название эпизода
Ловись, рыбка, большая и ...

Время действия:
7 Июня текущего года, вторая половина дня и раннее утро следующего.

Место действия:
Смородин. Дом и участок Глеба Ростовцева, берег речушки Калины.

Действующие лица:
Глеб Ростовцев, дед Митрич, Таисия Звонцова

Синопсис:
О том как иногда попытка побега приводит к интересному знакомству, которое продолжается на рыбалке,  где и выясняется главное -  там можно поймать не только рыбу.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

Отредактировано Таисия Звонцова (23-08-2013 17:48:55)

0

2

"Я милого узнаю по походке" - откуда-то всплыли слова не совсем понятной и не очень нравившейся песни, когда Тая увидела деда, старательно семенящего по дорожке, вымощенной аккуратной круглой плиткой. Он пробирался к калитке такими мелкими и тихими шагами, так  старательно держал спину и втягивал в плечи голову с седым ежиком стриженых  волос, что Тая поняла - опять произошло варварское нападение на винный погребок без объявления войны!
    В семье Звонцовых исстари умели делать замечательное вино из собственных фруктов и ягод,  старательно передавая эту науку из поколение в поколение. Еще когда была жива тетка Ульяна, она обучила многим премудростям  свою единственную племянницу, в том числе и этой. Вина делались из из садовых и лесных ягод, с добавлением меда и разных трав, которые старательно  собирались в строго определенное время. Одной мяты на участке росло несколько разновидностей. Фрукты тоже шли в дело - сад на участке Звонцовых был всегда ухожен, в основном стараниями Митрича, понимающего толк в этом деле и обладавшего отменным для своего возраста трудолюбием и не по годам - бодростью. Готовое  вино употребляли сами, с удовольствием дарили родным и знакомым - душистое, пахнущее терпким летом и обжигающим летним солнцем.
   Старший в семье Звонцовых - дед Митрич был самым главным ценителем семейного ремесла и активным дегустатором. Но снимать пробы он пытался столь часто, что Тая, опасавшаяся за здоровье любимого деда, категорически запретила заходить в погреб без ее разрешения. Дед охотно кивал и задумчиво почесывал короткую седую бороду, предпочитая никогда не спорить с "вреднющей девкой", но  Тая регулярно недосчитывалась бутылок, несмотря на то, что сменила несколько замков. И сейчас Митрич был застигнут почти на месте преступления, нужно было только его догнать, схватить за крепкую мозолистую руку и отправить под домашний арест - пить травяной чай с мятой да есть вкусную деревенскую простоквашу.
   - Де-е-е-ед, стой! - опомнившись, Тая, отбросила  небольшую тяпку, служившую главным аргументом в непримиримом споре с наглыми сорняками и опрометью кинулась к калитке. Выскочив на залитую ярким солнцем улочку, она огляделась и заметила родную спину, уже почти скрывшуюся за поворотом, который находился на столь почтительном расстоянии, что оставалось только удивляться - как смог так быстро  добраться туда  дед в своем почтенном возрасте.
- Ну погоди же, - Тая быстро осмотрелась и убедившись, что улица по счастью пустынна и ненужных свидетелей странных перебежек членов семьи Звонцовых поблизости нет, кинулась бежать. Это она умела - подол легкого светлого платья метнулся вслед за своей резвой хозяйкой, тщетно пытаясь ее догнать и только растерянно трепетал сзади. Тая выбежала на улицу, куда ускользнул дед и успела  мельком заметить, как тот свернул в сторону какого-то дома. Поправив платье и чуть отдышавшись, девушка уверенно подошла к участку. И чуть озадаченно замерла - и сам дом и участок были совершенно заброшены. Привольно разросшиеся кусты сирени,  широкие листья лопухов, высокие макушки прекрасно чувствующей себя крапивы, плотный подножный коврик из сныти мог служить убежищем не только одному пожилому, охочему до домашнего вина мужчине, но и отлично замаскировать небольшой военный отряд.
  - Дед, выходи! - Тая безнадежно оглядела почти тропические заросли и сердито притопнула ногой. Но было совершенно тихо - ленивые лопухи, воинственная крапива и упрямая сныть солидарно молчали, не собираясь выдавать беглеца. И только где-то наверху насмешливо каркнула ворона.
  Вдруг Тае послышался шорох, она быстро обернулась и только теперь заметила мужчину, который спокойно разглядывал незваную девицу и самодеятельное представление, а у его ног мелькала черная кошачья тень. Сообразив, что выглядит не слишком умно, Тая вспыхнула и рассердилась еще больше. И сделала единственное, что ей сейчас хотелось больше всего - требовательно рявкнуть во все девичье горло, тем более больше все равно было не на кого.
- Где он?! - короткие золотистые волосы от бега и возмущения были совершенно взлохмачены и она сейчас скорее походила на вдруг оживший и взъерошенный желтый одуванчик, чем-то  донельзя рассерженный. И от этого не замечавшего, что за ее спиной, осторожно раздвинув зеленую завесу густой поросли, выглядывает лицо деда и заговорщически моргает незнакомцу.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+1

3

Варвара взяла моду забегать к нему каждый день. Хорошо хоть ненадолго, минут на десять. Якобы для того, чтобы не было никаких неприятностей с ошейником. Мол, черт  его знает, как он поведет себя, если "собственность" денек не помозолит глаза "хозяину". Умом Глеб понимал, что это вынужденно и, наверное, действительно необходимо, но все равно тяготился визитами мадмуазель Березкиной. Он откровенно не знал, как вести себя с капризной особой, неадекватно реагировавшей чуть ли не на каждое произнесенное им слово. Особенно после неудачной попытки накормить его пирожками. Похоже, в своей компании она привыкла к положению первой красавицы и главной умницы, постоянно осыпаемой комплиментами, и проливающей слезы, едва лишь заподозрив некуртуазное отношение к своей персоне. А Гэсэр говорить любезности  дамам не умел. Вернее, когда-то умел, но со временем разучился. Да и вообще он как-то плохо представлял себе, о чем можно разговаривать с этой девчонкой, которая была моложе его не на двенадцать лет, а намного больше: на две войны. Вот и ограничивался ничего не значащими репликами о погоде  да приветами Марии Григорьевне.
С утра пораньше Ростовцев расковырял и разобрал горбатый от сырости пол в кухне, уложил новые лаги. Устал, как собака, но подготовил фронт работ, чтобы до вечера закончить - уложить доски и линолеум. Пропылился при этом насквозь, и справедливо рассудил, что за проделанную работу вполне можно вознаградить себя купанием в речке. Не сменив запорошенную пылью и древесной трухой камуфляжную футболку на чистую, он вышел за порог - и истуканом застыл у крыльца, заметив, как за живой сиреневой изгородью мелькает светлое платье. Некто явно шел к его дому.
Варвару черти принесли. И не сбежать ведь - наверняка заметила.
Глеб невольно тяжело вздохнул, предвкушая очередную светскую беседу в лучших традициях худших  псевдоанглийских романов. Но тут незваная гостья появилась из-за кустов, и он тихо возрадовался про себя: это оказалась не Березкина.
У незнакомки была стройная фигурка, светлые, почти соломенные волосы, коротко остриженные, взлохмаченные  и непокорно топорщившиеся в разные стороны, яркие синие глаза и россыпь веснушек на симпатичной мордашке. Откуда-то из-за угла дома бесшумно появился вездесущий Бегемот и уселся у ног хозяина в классической позе кошки-копилки. Он тоже явно разглядывал девушку, и даже, как показалось Гэсэру, одобрительно мурлыкнул, удовлетворившись осмотром.
- Ты кто? - не удержался Глеб.
Вопросы они с девушкой выпалили одновременно. И одновременно же замолчали, в упор глядя друг на друга.
Ветки сирени за спиной незнакомки зашевелились и немного  раздвинулись. В образовавшуюся брешь на Глеба уставился дедок неопределенного возраста, подмигивая ему так, что только абсолютно безмозглый не понял бы, что означали эти гримасы. Цель внезапного визита непрошеной особы сразу стала понятна.
- Кто где?  - наивно хлопая ресницами вопросил Гэсэр, старательно придавая физиономии выражение полного безнадежного идиотизма. -  В смысле, где кто?
Мужскую солидарность еще никто не отменял, поэтому сдавать дедулю пришедшей по его душу... наверное, внучке?.. Глеб не собирался. А вот повалять дурака почему-то вдруг очень захотелось.
Интересно, чем старый перед ней проштрафился, что теперь в кустах отсиживается?

+2

4

- Дед мой, - в тон незнакомцу, выглядевшему так, будто его только что  оторвали от долгих земляных работ, ответила Тая и сердитым эхом повторила, - В смысле мой дед. - При этом слово "мой" она так выразительно подчеркнула, будто кто-то из присутствующих пытался покуситься на ее престарелое сокровище.
  Выражение лица мужчины Тае не понравилось совсем.  Кого-то оно ей сильно напоминало .. Точно, соседского барана Борьку, который частенько  с завидным упрямством тыкался рогами в ворота семейства Звонцовых, вместо того, чтобы пройти чуть дальше, к своим собственным, где его ждала вечно ворчащая и жалующаяся на весь белый свет соседка  тетка Глаша. Таисия в таких случаях вздыхала и не дожидаясь пока упертый баран выломает им симпатичную калитку, подходила и пыталась его прогнать, показывая в нужную сторону. И тогда Борька поднимал глаза вот точно с таким же осмысленным выражением, говорил "бе-е-е-е" и снова упирался рогом в калитку.
   Мужчина бараном не был, но явно пытался им сейчас выглядеть. Понятно - налицо сговор, круговая порука. Да вот только не на ту напали! Ну дед, погоди ...
- Таисия Звонцова меня зовут, - уперевшись в бока кулаками, Тая выставила острые локотки, - Дед потерялся, тоже Звонцов, хотя обычно его все Митричем зовут, - Затем она не спеша огляделась, задержав подозрительный взгляд на буйной растительности, глубоко и тяжко вздохнула.
- Похоже,  недавно вы тут, - понимающе кивнула Тая, - поэтому и не знаете о нашей беде, - девушка постаралась напустить в васильковую синеву побольше печального туману.
- Понимаете, дедушка мой, добрейшей души человек, заслуженный, непьющий, - Тая стряхнула с плеча прилипший листик и зыркнула в сторону кустарника, - Да вот беда - приступами мается. Вся деревня знает, у кого хотите спросите, но иногда впадает в беспамятство, - заботливая внучка перешла на громкий трагический шепот, -  Партизаном себя считает, мол, кругом враги, а он один, терминатор деревенский, сражается. Вы не поверите, с ним только два дюжих мужика могут справиться и то - не сразу.
   Из привычной сиреневой бреши выглянуло донельзя удивленное лицо Митрича, он даже провернул голову, прислушиваясь, видимо, сомневаясь - правильно ли он понял. А Тайка неожиданно для себя впала в сочинительский раж.
- Он не всегда бывает опасен, ну разве стекла камнями побьет и покричит "Сдохни, фашистская морда". Но, конечно, может расшалиться и начать закидывать крышу бутылками с керосином и вопить "получи, фриц, гостинчик от Молотова". Два дома так спалил, - Тая горестно поджала губы и постояла в скорбном молчании. А из кустов выглядывало потрясенное лицо деда с раззявленным ртом и поднявшимися почти до середины лба седыми кустистыми бровями.
- Но хуже всего, когда начинается братание, это у него "встреча на Эльбе" называется. Он набрасывается и так кидается обжимать, что оторвать его практически невозможно. В последний раз ему попалась соседка тетка Глаша со своим бараном, так потом мне пришлось ей путевку в санаторий покупать, лечила она там расстроенную психику. А баран не выдержал - издох. А так-то дедушка у меня тихий, мухи не обидит.
  Теперь выражение лица Митрича стало точной копией Борькиному - не хватало только калитки и рогов.
- Но вы, если что, кричите погромче, в голос. Может и повезет, - снова вздохнула Тая, затем окинув глазами мужчину и кота,  на манер соседки жалостливо покачала головой, - А молодые-то какие, вам бы жить да жить. Зовут вас, простите как? Ну вдруг пропадете, кого искать-то?

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+1

5

Таисия Звонцова встала в классическую женскую агрессивную стойку всех времен и народов под кодовым названием " руки-в-боки". И стала похожа на сахарницу из старого гэдээровского сервиза, некогда красовавшегося за стеклами буфета. Он сиял из-за стекол радужными перламутровыми разводами на крутых боках вокруг рисованных медальонов, в которых были изображены какие-то пасторально резвящиеся на лужайке дамы и кавалеры в пышных нарядах и сложных париках. Это тоже было воспоминание из раннего - еще доучилищного - детства, навеянное позой случайной гостьи.
Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте?  Вранье. Индейская народная изба всем, кто в это верит. Фигвам, в смысле. Более печальную повесть, чем только что рассказала Тая, придумать было сложно. Даже Шекспиру. Чего только стоило живописание в красках братания деда с бараном, после которого бедное животное слегло в психушку. То есть, издохло - вероятно, в страшных мучениях.
Сохранять невозмутимо-дебильное выражение лица было трудно. Глеб еле удерживался, чтобы  не заржать в голос, слушая то, что самозабвенно плела Таисия. А еще он старался не смотреть в сторону сиреневого куста, из которого торчала физиономия несчастного "маньяка". Бедного деда неслабо плющило от полета фантазии  распоясавшейся внучки.
- Дааааа... - скорбно протянул Гэсэр, когда девушка замолчала. - Это надо же - пожилой человек, седина в бороду, бес... ну вообще черт-те-куда.
Он покивал головой, тем самым как бы разделяя неподдельное (а какое же еще - при таком-то дедуле?) горе гостьи.
- Воистину, в тихом омуте... кто только не прячется. Сочувствую вам. Маньяк-зоофил с уклоном в пироманию в доме...Тяжелый случай. Уж лучше бы пил горькую. Кстати, а вы его водочкой лечить не пробовали?
В ту же секунду  Глеб пожалел о сказанном, потому что дед чуть ли не по пояс высунулся из куста, рискуя вывалиться из своего укрытия прямо под ноги Таисии, напоминавшей сейчас статую скорбящей матери-Родины. Ростовцев торопливо нагнулся к прижавшемуся к ноге Бегемоту. Подхватил кота на руки, выпрямляясь, украдкой показал "зоофилу" кулак. На предостерегающий знак дедок среагировал правильно: заполз поглубже в сирень и отпустил ветки, скрывшие его перекошенную от возмущения и удивления физиономию.
- А зовут нас Бегемот, - Глеб помахал девушке лапкой кота, предательски не сводившего глаз с куста-убежища,- и Коровьев. Или Фагот. Так и говорите, когда искать начнете: пропали, мол, Коровьев и Бегемот, вы их, часом, не видели? И в милицию заявите: ищите Бегемота с Фаготом.
Тут же, не давая девушке опомниться, нарочито спохватился:
- Что же мы тут стоим? Может, в дом зайдете? Чайку попьем.
Он кивнул на входную дверь.
- Только в кухне у меня яма вырыта. Клад мы ищем. Вы же местная? Знаете, наверное, историю этого дома?
Никакой истории дома и в помине не было, но Глеб сейчас был готов сходу сочинить что угодно, вдохновленный рассказом Таи о ее замечательном деде-поджигателе. Который опять высунулся из куста и укоризненно уставился на Гэсэра. "Что творишь, ирод?"- читалось на его физиономии так явственно, будто было написано аршинными буквами. "Вместо того, чтобы скорее прогнать вредную девку да спокойно выпить за знакомство, ты ее приваживаешь."
- И о кладе наверняка слышали. Так что если вдруг ненароком в раскоп  свалитесь, сразу зовите меня. Да кричите погромче, не стесняйтесь. Соседи уже привыкли, не реагируют. В эту яму чуть не каждую ночь кто-то из девушек падает. Что поделать, память девичья, короткая... забывают об опасности, когда ночью встают с постели и идут воды попить.
"Остапа понесло",- всплыла в памяти фраза из "Двенадцати стульев".

+2

6

- Ах, какие чУдные имена, - прочирикала Тая, умильно улыбаясь и молитвенно складывая узкие ладони,  потом повторила  медленно и нараспев, - Бегемот, Фагот Коровьев, - Затем ткнув пальцем куда-то за спину,  безмятежно взглянула на мужчину.
- А там, среди лопухов раскорячился ваш Воланд, - Неожиданно васильковые глаза потемнели и стали удивительно строгими. - Вот что я вам, скажу, милый Бегемот и уважаемый Фагот Коровьев. - Тут Тая выдержала драматическую паузу и, вздернув подбородок, заявила, - Только, чур, я - Гелла!
  И вдруг, вскинув голову к солнцу, начала смеяться - нежно и заливисто. Иногда сквозь смех с трудом пробивались слова "В-в-о-ланд лопушистый, Фа-а-гот кладоискательный, ой не могу, и девушки из ям по ночам дурниной вопят". Тайка не любила плакать, а смеяться вот так, от всей души обожала, делая это заразительно и со вкусом. Наконец, чуть затихнув, она смешливо взглянула на собеседника.
- Ладно, один-один. Но счет еще не закрыт, Фагот Коровьев. А теперь мне пора, я калитку не закрыла, а скоро Борька соседский недодушенный пойдет, опять воротами ошибется и потопчет мне всю мяту. - Затем запустила пальцы в золотистые волосы, еще больше взъерошив их и фыркнула.
- И учтите, про приглашение я не забыла, а главное - про историю этого дома. И, разумеется, я мечтаю присоединиться к группе кладоискателей, а уж повопить ночью из грязной ямы на кухне - мои первые девичьи грезы! Вы просто волшебник, Фагот Коровьев. Так что за вами - чай и история про дом с кладом и мне совершенно не важно где вы все это возьмете, ну а я тоже не с пустыми руками приду - захвачу с собой собственного деда!
  Тая повернулась и пошла в сторону дороги, впрочем, на полпути остановилась и крикнула в сторону зарослей. - Э-э-эй, Воланд, не сиди на сырой земле, поясницу застудишь и заболеешь. Помрешь - домой не приходи! И вообще раньше вечера не возвращайся, я еще сердита! - А затем уверенно и легко заспешила домой, к оставленному саду, мяте и соседскому барану Борьке. Еще некоторое время ее яркая золотистая макушка притягивала взгляд, а потом девушка свернула на свою улочку ...
  Зато ожили кусты сирени, возмущенно зашумев ветками, затрещав сучками и оттуда вывалился дед, одетый в широкие неопределенного цвета штаны и просторную ситцевую рубаху. Он некоторое время стряхивал с себя веточки, листья, птичьи перья и бог знает что еще. Затем встал перед мужчиной и котом, и размашисто  рубанул воздух широкой, как лопата, ладонью.
- От зараза! Ты слыхал, я говорю? Так деда ославить? Мать честная! - Он сделал несколько быстрых шагов перед крыльцом в одну и другую сторону и, замерев опять на том же месте, яро почесал свою бороду. - Борьку я задушил! Заноза в заднице, а не девка! Боится, что помру, понимаешь ли. А я точно знаю, что не помру, пока ее замуж не отдам. - Тут дед вздохнул и  пригорюнился, -  Да только жить мне тогда вечно - кто такую возьмет-то? А все из-за этого, - тут крепкая ладонь нырнула куда-то в широкую штанину и достала пузатую бутылку, без этикетки, с плотно притертой крышкой. Дед любовно погладил трофей по темному боку, встряхнул и крякнул от удовольствия, - Из дикой малины, с душицей и зверобоем. Тайка знает  в этом толк.
  Вдруг опомнившись, дед приосанился, одернул рубаху, пригладил седой ежик на голове и, поднявшись на крыльцо к мужчине, протянул ладонь, - Кузьма Дмитриевич Звонцов, родной дед заразы. Предлагаю за знакомство и спасение, - Затем коротко хихикнул, - Заодно меня и полечим, как вы мил-человек и советовали. - Светло-голубые глаза Митрича живо глядели из-под седых бровей. И одобрительно - правильный мужик, в лекарстве толк знает!

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+1

7

Гелла? Раздевайся!
Ростовцев чуть не ляпнул это вслух. Или все-таки ляпнул, но Таисия этого не услышала. Она самозабвенно смеялась, что-то при этом приговаривая. А потом рассыпалась в обещаниях придти послушать историю про дом. Глеб успел только подумать, что  надо будет ее к приходу выломать пол в какой-нибудь из комнат, как девушка вдруг резко посерьезнела, прикрикнула на затихарившегося в кустах деда. И сразу поспешила прочь со двора - Гэсэр только успел, что кивнуть ей вслед:
-  Заходите. Можно вместе с Борькой - у меня он тут ничего полезного не вытопчет, а ваша мята будет в безопасности. А если вдруг баловать вздумает - мы его прямо тут в шашлык и превратим.
Он проводил взглядом девичью фигурку, отчетливо представляя явление Таисии, волокущей за собой сопротивляющегося недодушенного бедолагу барана. И тут-то из кустов вылез дед. Бравый такой дедок, с хитрым прищуром светло-голубых, словно застиранная джинса, глаз. И сходу принялся нарочито жаловаться на внучку, сетуя на то, что из-за ее ершистого характера обречен стать бессмертным.
- Дункан МакЛауд ты, а не  Кузьма Дмитриевич, - фыркнул Ростовцев, с явным удовольствием пожимая Звонцову руку. - Смотрел такое кино - про горца, бессмертного? Говорят, он кукушек любил до нервных срывов доводить. Все по лесу ходил да интересовался у них, сколько ему жить осталось. Веришь, птички с ума сходили, задолбавшись ему годы отсчитывать.
Он назвал себя, косясь на извлеченную дедом бутылку.
- Ты сюда по старой памяти заскочил или как? С батей моим покойным, наверное, собутыльничал?
Перехватив удивленный взгляд деда, счел нужным пояснить:
- Слепого Сергуню знал ведь? Я его сын. Идем в дом, попробуем, что там твоя внучка нахимичила. Только у меня в кухне и правда пола нет - старый убрал, новый еще не настелил. Хотел сперва сходить на речку искупаться, но тут твоя Гелла появилась. Слышал ведь, как она тебя Воландом назвала?
Глеб провел гостя в комнату, кивнул на диван.
- Присаживайся, Митрич. От коньяка за знакомство не откажешься?
Дед не отказался. Гэсэр принес бутылку и два металлических стаканчика, плоскую тарелку с двумя ломтями подсохшего черного хлеба, остатками колбасы и сыра.
- С закуской у меня не густо, не обессудь. И дай-ка глянуть на Таино зелье.
Зелье пахло умопомрачительно. Глеб зажмурился - в точности как Бегемот в минуты особого удовольствия.
- Офигеть, как пахнет. Прямо баунти - райское наслаждение. И что она с этим великолепием делает, если тебе пить не дает? Сама, поди, тоже не пьет?
Пузатую бутылку Глеб аккуратно заткнул пробкой и поставил на пол. Налил в стаканчики коньяк, подал один деду.
- Будем знакомы.
И с улыбкой добавил:
- А на внучку ты не наезжай. Она о тебе вон как заботится, какие ценные указания раздает: на земле не сиди, не простудись, не помри, а помрешь - домой не приходи. Может, и замуж потому и не спешит - хочет, чтобы  ты подольше пожил. Дунканом МакЛаудом. И над кукушками поиздевался.
Отсалютовав стаканчиком, Гэсэр подмигнул деду и  неторопливо выпил коньяк.

+2

8

Митрич был совершенно доволен. Во-первых, Тайка ушла домой и дед точно знал - пока дойдет, от ее гнева и и следа не останется, растает дымкой утренней. Во-вторых новый знакомый Митричу понравился, одним толковым мужиком в поселке больше будет - вон как изловчился внучку выпроводить, еще и радостной оставить. Ну а третья причина отличного настроения стояла на столе в виде бутылки с коньяком. Не жмот, правильный мужик, ну а то, что словами странными называет, так правильно говорят - хоть горшком, только в печь не ставь. И вообще, по правде, Тайка первая начала, от же заноза.
   - Закуской-то пособлю,  - дед приподнялся с табуретки и достал из бездонных карманов несколько свежих огурчиков - ярких, зеленобоких и душистых, а рядом пучок еще совсем крепкого укропа, - Во, только с огорода, из-под солнышка.
    Затем по примеру Глеба тоже выпил за знакомство, только чуть быстрее и сразу зажмурился, смешно сморщив нос и несколько раз коротко вдохнув, будто принюхиваясь. И оставшись довольным, крякнул и взяв со стола кусок черного хлеба и огурец, радостно захрустел. Знакомство пошло на ура.
-  Кто ж на этой и соседних улицах не знал слепого Сергея,  как не помнить, - через некоторое время сказал Митрич, странно взглянув на Глеба, - Пусть покоится с миром. - Затем  поставил стакан на стол и  помолчав, добавил, -  Да и на внучку не сержусь, она одна у нас. Ульяна - моя младшая дочь померла, не оставив мне внуков, а у сына вон Тайка только народилась, еле дождались. И обо мне заботится, оно конечно, да где ж это видано, чтоб деду родному вино чуть не по каплям отсчитывать, будто микстуру какую? Пусть бы замуж шла, да попробовала бы мужу указывать, не до меня бы стало,  - выдал потаенную мечту Митрич, а затем осмотрелся.
- Ты, видать, недавно здесь. Насовсем к нам или как? Если не птицей залетной отдохнуть на землю опустился, а надумал гнездо тут свить, помогу. - Дедовы голубые глаза вдруг глянули пытливо и серьезно, - Плотником всю жизнь работал. Дерево всякое чую и умею с ним ладить, у меня вон дом какой крепкий, даром, что года-то уже и не считаю давно. Так ведь есть и молодые как старики - лицо-то гладкое, а глаза пустые - света в них нет, леность до жизни одна. А мы тебе и пол настелим и мебель починим твою - как новая будет. - Дед снова обвел глазами небогатую обстановку, а потом глаза снова подернулись хитринкой.
- Так я не за так тоже помогать-то буду. Закуток какой отведешь  - тайкоубежище у меня тут будет. А вот насчет истории про дом, это ты зря соврал - не отстанет Тайка, она до историй всяких охочая. Пчелой зажужжит, замучает - не отмахнешься. Я ее как на рыбалку беру, так потом неделю язык лечу от мозоли - уж сколько сказок да историй ей нарассказывал. Вру как старый мерин, а ей хоть бы хны. - Затем Митрич задумчиво почесал седую бороду и изрек.
- Места у нас тут замечательные, солнцем да жизнью обогретые. Вот только не пойму, мне кажется, старому или  и правда  стаканчики у тебя мелковаты вроде?

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

Отредактировано Таисия Звонцова (27-08-2013 12:28:12)

+1

9

На вопрос о необходимости изготовления вина, при при наличии у деда такой тяги к спиртному, Митрич не ответил. Возможно, у него, как и у Глеба, было плохо с пониманием женской логики. Точнее - совсем никак. Потому, видать, и ушел  от ответа, не придумав никакого достойного обоснования этому факту.
По примеру деда Кузьмы, Гэсэр тоже взял огурец и пару веточек укропа. От них совершенно замечательно пахло, и даже жалко было их есть. Глеб хрустнул огурцом и все же отправил укроп в рот.
- Ты скажи еще спасибо, - отозвался он, прожевав, - что Тайка твоя не шприцем тебе в стопку дозу вина отмеряет. А то и о таком слышать доводилось.
Дед нравился Глебу все больше и больше. Хоть он и ворчал на внучку, и называл ее занозой и зудящей пчелой, а чувствовалось по всему, что эта солнечная блондинка для него - свет в окошке. А еще он упомянул, что знал  Ростовцева-старшего. Глеб немного насторожился, но не стал уточнять, связывала ли их любовь к выпивке или же это было обычное соседское знакомство, характерное для таких маленьких городков с деревенским укладом жизни  на их окраинных улочках. Здесь трудно было что-то утаить друг от друга - все знали всё про всех.  Бесполезно было даже просто попытаться скрыть что-либо от вездесущих соседских носов и ушей.
Когда Митрич признался в том, что мастер плотничать, Глеб невольно уважительно взглянул на его руки: натруженные, мозолистые, перевитые венами, выступающими под коричневой морщинистой кожей, будто ползучие древесные корни из-под тонкого слоя дерна.
- Да вроде как насовсем я сюда попал, - ответил он, берясь за бутылку. Гэсэр заметил, как  дед посерьезнел, спрашивая о его планах на жизнь, и сам невольно ощутил, что дурашливое настроение медленно начало таять, как мороженое, забытое на блюдце на солнцепеке. Ростовцев заставил себя безмятежно улыбнуться деду.
- И за помощь с мебелью буду благодарен. Мне бы пару табуреток - больше, вроде, не надо ничего. В кухне есть стол и полка.  Диван этот нормальный... уже. Когда я только приехал, он сырой совсем был, плесенью от него несло...  Но высох, запах выветрился. Кровать есть в  спальне. С полом  постепенно сам разберусь. А убежище тебе готов предоставить в любое время. Так что приходи, не стесняйся, живи, сколько надо. Комнат в доме три, а нас с Бегемотом двое. Где ключ оставлять буду - покажу.
А дед снова весело заговорил о внучке. О ее любви к сказкам и всяким невероятным историям. В это Глебу не очень-то поверилось. Тая  - взрослая совсем, на мякине ее не проведешь. Скорее всего, она просто подыгрывала Митричу, радуясь и ужасаясь его россказням, заставляя выдумывать какие-то новые хитрые сюжетные ходы. Такие, которым, наверное, и маститые сценаристы позавидовали бы. А все для того, чтобы  дед не скучал, не ощущал себя одиноким и никому не нужным.
- Да ладно, сочиню что-нибудь. Развлеку уж как-нибудь твое сокровище, если припожалует в гости.
Он легко и широко улыбнулся в ответ на замечание  гостя о размере стаканчиков. Подмигнул Митричу:
- Может, тебе чашку принести? У меня одна есть в хозяйстве.
И щедро плеснул в металлические стаканы янтарную жидкость, наполнив их до краев.
- Так ты не только  плотник, но и рыбак? Что же ловится в Смородине? Кроме дохлых ежиков и старых галош?
Дохлого ежика Гэсэр лет в семь собственноручно поймал на самодельную удочку, сделанную из камышины. А проплывавшую мимо берега галошу видел на днях, когда ходил купаться на небольшой уединенный пятачок не заросшей камышами суши. На людные пляжи он предпочитал не соваться по вполне понятной причине.

+2

10

Дед обхватил железный стакан крепкой ладонью,  поднес к лицу так, что душистый напиток даже не колыхнулся, вдохнул и поднял довольный взгляд линяло-голубых глаз.
- А и правильно решил, Глеб Сергеич. За то и выпью сейчас, чтоб насовсем и без "вроде как" попал сюда, - Потом  чуть приподнял брови и вдруг  подмигнул - лукаво и насмешливо, - Попал ты, мужик, хорошо попал. - И не торопясь, со знанием дела, опустошил свой стакан. Закусочная очередность была той-же - кусочек черного хлеба, хрусткий огурчик, душистый укроп. Дед Кузьма умел делать все со вкусом и основательно - любить занозу-внучку, плотничать, ухаживать за садом, опрокидывать стаканчик, хрустеть огурчиком, в общем, дед умел самое главное - жить. Может поэтому и отвечала жизнь ему взаимностью - в свои года Митрич выглядел на удивление бодрым и здоровым.
    Затем он уверенно отодвинул стакан и накрыл ее широкой ладонью.
- Все пока, Глеб Сергеич, меру, ее во всем надо знать. Успеем еще. - Затем встал, сделал несколько шагов, внимательно все снова оглядел, дотронулся до деревянных стен, дверных косяков, что-то бурча себе под нос и снова вернулся за стол, к новому знакомому.
- Сделаем. Не зараз, конечно, но все будет как положено - деревом тут пахнуть, а значит и жильем. - Положил дед Кузьма руки на стол - тяжелые, шершавые, повидавшие на своем веку немало работы и так прямо взглянул на нового знакомого, будто и не махнул вот сейчас стакан крепкой янтарной жидкости.

- Отца твоего знал, доводилось. Но сейчас о том не будем, успеется, не простой то разговор. - Затем чуть приподнял ладони над столом и опустил так, будто ставя весомую точку, - Дом не умер еще, я чую - теплый он, а значит будет куда руки приложить. И не спорь - не всякому я это предлагаю, ой, не всякому, как и Тайка свое вино не  нальет и не подарит  кому попало. Табуретки у меня  новые есть, еще зимой сделанные. Крепкие, под любой зад подойдут, - уже снова усмехался Митрич.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]
- А ты, значит, умеешь только дохлых ежиков и галоши ловить? - Дед задумчиво поскреб седую щетину, - Хотел я на утренней зорьке на рыбалку сходить, есть у меня одна прикормленная заводь, где вот такие караси клюют, - Дед щедро раздвинул ладони на полстола, - И лещ гуляет, стервец, окуньки играют. Да вот беда - дохлые ежи не водятся да галош не припомню, уж и не знаю - интересно ли тебе будет. Хотя, давай так - я уж по стариковски - карасей, а ты ежей своих подсекай. Ну что, Глеб Сергеич, пойдешь со мной на утренней зорьке на речку  за ежами-карасями?

Отредактировано Таисия Звонцова (28-08-2013 22:44:31)

+2

11

Митрич и не представлял себе, насколько в точку пришлось его "попал, хорошо попал". В определенном смысле, разумеется. А может, и представлял - кто знает, насколько осведомлен был о новом обитателе Старого Заречья этот наивно-простодушный с виду, а на деле, похоже, ох  какой непростой типа деревенский дедок.
Вопреки Тайкиным жалобам и подозрениям, Кузьма Дмитриевич меру знал. Глебу понравилось, как он накрыл ладонью опустевший стакан, предупреждая попытку еще раз наполнить его. 
Закусывая коньяк подсохшим черным хлебом с укропом,  Ростовцев наблюдал, как старый плотник обходил дом. Похоже, он всерьез вознамерился взяться за его обустройство. И в этом Глебу виделась проблема некоего этического свойства. Надо полагать, денег с него за свой труд дед брать не собирался, а оставаться должником было не в правилах Гэсэра. Значит, следовало поискать какой-то выход из этой ситуации. Но это потом, сейчас было не до того.
Дед закончил свой обход, в результате которого у Глеба сложилось впечатление, будто трогая стены и  наклоняясь к ним, Митрич как бы прислушивался к чему-то такому, что дерево могло по секрету рассказать только ему одному. И остался доволен услышанным от старого дома, помнившего пацаном еще глебова отца.
Он согласно кивнул в ответ на дедово пожелание не вспоминать сейчас Ростовцева-старшего, и поднял вверх руки - словно сдаваясь на милость победителя:
- Да я не спорю, Митрич, что ты! А скажи-ка, чего ты вдруг меня все именем-отчеством величаешь? Глеба вполне достаточно будет. А то мне даже как-то неловко тебя в ответ Митричем звать.
А неугомонный дед уже в красках живописал ему прелести здешней рыбалки.
Гэсэр улыбнулся:
- Галоши у вас тут рядом с пляжем плавают, сам на днях видел. А на вылавливании ежиков  лет в семь специализировался. С тех пор удочку в руках не держал больше. Так  что толку от меня, как от рыбака, скорее всего, будет ровно ноль. Вряд ли даже галошу подсечь смогу. Не говоря уже о ежике.
Глеб состроил горестную мину и развел руками.
- Но если возьмешь с собой на рыбалку - буду рад и благодарен. Любопытно же поглядеть на твою заводь и на карасей... с крокодила размером. 
Похоже, именно Митрич был прототипом героя анекдота, который даже со связанным накрепко руками умудрился показать гигантский размер выловленной им рыбы. "А была она вооооот с таким глазом, ей-Богу не вру!"
- Пойду с удовольствием, хоть на утреннюю зорьку, хоть на вечернюю. Что с собой взять надо?

+2

12

Митрич и в самом деле любил рыбачить. Тихая гладь реки, короткие всплески воды от игривых рыб и какое-то тягучее время. Он бы и сам все это не смог объяснить, да и не стал бы, любит и все. Пойти вот так в конце утомительного дня,  наловить рыбки медленно тающим  вечером на вкусную ушицу, скоротать потемки у костерка за неспешным разговором, а там и оглянуться не успеешь, а уже светает и снова к удочке. И Тайка рядом светлым вьюном крутится, уж не столько ловит, сколько любит она рассветы встречать, встанет и на солнце глядит, глаз синющих не сводит, а волосы-то желтым огнем горят, золотом плавятся.
   Поднялся Митрич, привычно одернул рубаху, широко и довольно улыбнулся.
- От и хорошо, значит пойдем на обе зорьки. Трава-то росистая будет да от реки сыростью тянет, так что обувку и одежу правильную выбери. Топорик захвати, сухостой на костерок нарубим, если есть маленькая лопата - тоже, червя я только там копаю, овражек рядом - червь знатный, на него крокодил  хорошо берет, - усмехнулся Митрич.
- А удочки я возьму, а то у тебя крючки, поди, только под галоши и ежей заточены. Для ушицы тоже Тайка все нужное соберет. Да только я ее, занозу, с собой сегодня не возьму! - Митрич грозился уже по дороге к дверям, а оказавшись у них, вдруг остановился, повернулся к Глебу и взглянули серьезно стариковские глаза из-под седых бровей, - А по отчеству величал, потому как батю твоего крепко  уважал и по нраву мне, что ты Сергеич, а еще, что насовсем сюда попал. Оживет дом-то, оживет, - Хлопнул дед крепкой ладонью по косяку и вышел.
  И вот он уже резво подходил к своему дому, довольно  усмехаясь - на крыльце стояла Тайка, высматривая припозднившегося деда.
- Таисия, - Митрич встал напротив и строго взглянул на внучку, - Ну-ка собери все к ночной рыбалке, сама знаешь, учить не буду, а я пока удочки да остальное возьму. Остальным оказалась пара крепких табуреток - светлых и еще пахнувших смолкой. Вынес две самые лучшие удочки, затем удивленно вскинул брови, взглянув на оживленную, одетую в светлую льняную блузку, Таю, которая подавала ему вместительную заплечную сумку, собранную быстро и умело.
- А ты куда вырядилась? - прищурился Митрич, - На рыбалку мы с этим, с Коровьевым только идем, Хеллам там всяким делать нечего, от них только беспокойство рыбе одно, - и уже на пути к калитке через плечо бросил, - Если Борька заглянет, пусть подождет, в следующий раз побратаемся, - И коротко хохотнув, вышел со двора.
  Тая стояла, не веря своим глазам и ушам - дед на рыбалку ушел без нее и с белым светом ничего не случилось! Ее собственный дед! И понятно с кем, к ведьмаку не ходи. Ну, Фагот Коровьев, держись, она покажет как чужих дедов от законных внучек уводить.
  Тая прекрасно знала, где любимая дедова заводь. И она этого так не оставит!

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+1

13

Топор нашелся довольно быстро. В сарае, до уборки в котором у Глеба пока еще не дошли руки. Он оказался ржавым и тупым, и понадобилось немало времени, чтобы привести его в порядок. Остаток дня заняли поиски лопаты, в процессе которых как раз и состоялась незапланированная уборка сарая. По закону Мерфи лопата нашлась в основании  огромной (чуть ли не в две трети роста Гэсэра) груды хлама, увенчанной  аквариумом с треснувшими стеклами. Когда с  уборкой   было покончено, день уже медленно, но уверенно, начинал клониться к вечеру. Пол в кухне  остался не настеленным, да и ни о каком купании речь уже не шла.
Лопату тоже пришлось  хорошо почистить и подточить. Занимаясь этой почти медитативной работой, Глеб размышлял о том, что означало дедово "я твоего батю уважал": либо они действительно пили вместе, либо дело было  в чем-то другом, неизвестном Ростовцеву. Стоило как-нибудь разузнать у Митрича, в чем же  в действительности крылась причина такого отношения к слепому Сергуне, которого на Второй Заречной явно не любили, осуждали, но жалели. Так, как испокон веков жалеют на Руси сирых да убогих. Может, не в той степени, в какой жалели мать (возможно, за ее спиной осуждая за то, как она распорядилась своей и сыновней судьбами ), но все же истово, с каким-то типично бабьим надрывом. Обо всем этом Глебу рассказала соседка Валентина Ивановна. Теперь же, когда появилась возможность узнать еще одну точку зрения, грех было бы ею не воспользоваться.
Усталый после трудов праведных, Гэсэр собрал рюкзак: затолкал в него коврик-пенку, коньяк и оставленное дедом вино, на внешние подвески прикрепил приведенные в порядок  топор с лопатой. Сварил кофе, накинул на плечи армейскую куртку. Вечера были теплыми, но дед был прав: у воды ночью явно должно было быть прохладно и сыро. С чашкой в руке закурил сигарету, присел на крыльцо, чередуя затяжки с глотками кофе. Он дожидался Митрича, ни сном, ни духом не ведая о  Тайкином недовольстве отказом деда взять ее на рыбалку.

+1

14

К дому Глеба Митрич подходил, все еще усмехаясь. Дед был очень доволен - так суматошно начавшийся вечер, имел неожиданное приятное продолжение, а предстоящая рыбалка и теплая ночь у костерка наперебой игриво ему подмигивали, обещая завидный улов, неспешную беседу под ушицу и Тайкино вино. И чего еще для счастья нужно? Для Кузьмы Дмитриевича этого было вполне достаточно, вот поэтому он  довольно улыбался, подогревая собственную веселость воспоминанием об удивленно-сердитом выражении лица Тайки, не взятой в  ночное.
  Глеб уже сидел на крыльце, поджидая его. Окинув мужчину быстрым оценивающим взглядом, Митрич одобрительно кивнул - ловок, а затем поставил рядом две табуретки, с удовольствием похлопав по ним ладонью.
- Вот, первая ласточка, так сказать, -  Поправил заплечную сумку, перехватил поудобнее удочки и кивнул в сторону дороги, - Пошли, а то ежи с крокодилами исхудают, нас поджидаючи.
  А летний вечер уже заботливо накрыл небо своими теплыми ладонями. Настоящий длинный июньский вечер, только ненадолго уступающий место по летнему кроткой тихой ночи, едва успевавшей покрасоваться звездной шалью и затем обиженно таявшей под первыми лучами неумолимого солнца.
  Облюбованная местным старожилом заводь находилась в часе спокойной ходьбы от Смородина, а если поторопиться, то можно  и быстрее дойти, но Митрич совершенно никуда не спешил. Шаг его был ровный и уверенный. Сначала они шли вдоль густого ельника, растопырившего  изумрудные густые лапы, затем лес посветлел березовыми стройными стволами с чернеющими пятнами-отметинами. Ситцевое разнотравье с набрызгами цветастых полевых цветов подбивало полотно леса пушистой опушкой. Одним словом - благодать.
Митрич дорогой показывал свои нехитрые личные достопримечательности - грибные места, ведь ничего нет лучше соленых груздей под рюмочку, а вон в том дальнем лесу Тайка дикую малину собирает, за тем перелеском начинается болото, туда за клюквой они вместе ходят ...
- А вот теперь смотри! - Вынырнув с лесной узкой тропки, на которую свернул Митрич, они неожиданно оказались перед тихой заводью, противоположный берег которой поднимался высокой зеленой кручей, а второй был облюбован лесом, из которого  вышли Митрич и Глеб.
    Тихая вода спокойным зеркалом отражала величественные деревья, прибрежный камыш, светлые кудрявые облака, подсвеченные сонным, уходящим на недолгий ночной покой солнцем. И только редкие ленивые всплески нарушали стоящую тишину.
- Во! - Поднял палец Митрич, - Слышишь? Уха наша играет в воде, пошли. - Дед показал в сторону небольшого прибрежного участка, покрытого светлым чистым песком. Там он скинул сумку, осторожно положил удочки и глубоко вдохнув речного воздуха, с удовольствием осмотрелся.
- Ах, ты, мать честная, красотища-то какая. А, Глеб Сергеич?

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

Отредактировано Таисия Звонцова (03-09-2013 22:54:39)

+2

15

В редких еще сумерках идущий по улице дед Кузьма напоминал воробья. Нахохлившегося, скривившегося на один бок, шагающего семенящей, чуть подпрыгивающей походкой. Глядя, как он приближается к дому, Глеб неожиданно подумал, что вредной Тайке здорово повезло с дедом. А она, возможно, сама толком не понимает этого.
Причина скособоченности Митрича выяснилась, когда тот предъявил две табуретки. Добротных, сделанных очень аккуратно, с любовью к дереву и с явной заботой о тех, кто будет этой мебелью пользоваться.
- Вот это да!  - искренне восхитился Глеб, пересаживаясь со ступеньки крыльца на табуретку и подпрыгивая на ней, чтобы оценить удобство и прочность сиденья.
- Спасибо, Митрич. В долгу я перед тобой. Думай да говори, чем отплатить можно будет. 
Он тщательно затушил окурок в оставшейся на дне чашки кофейной гуще, подхватил новую мебель и отнес все в дом. Вернулся, вскинул на плечи рюкзак, улыбнулся в ответ на слова Митрича о голодающих ежиках и крокодилах.
Дед шел не быстро, щедро делясь на ходу с Гэсэром своими маленькими житейскими секретами. Он то показывал укромные, ему одному известные полянки, таившие для них с Тайкой грибы-ягоды, то нахваливал, как замечательно этими дарами лесов распоряжалась умелица внучка. Глеб слушал его с улыбкой, молча кивал, опасаясь, что если ввяжется в разговор, то собьет дыхание. А там, чего доброго, начнет задыхаться или раскашляется. Так что лучше было подстраховаться, помолчать, не перебивая вдохновенный монолог Митрича. Тем более, что слушать старика было очень интересно. А еще Гэсэр  наслаждался летним вечером - каким-то необычно теплым и мягким, пьянившим разлитым в воздухе ароматами трав, цветов и нагретой за день солнцем хвои.
Любимая заводь Митрича обнаружилась за густыми переплетениями  ветвей двух ив, росших, как оказалось, у самой кромки небольшой полосы светлого речного песка. Глеб разулся и с удовольствием пошлепал по ней босиком. Следы на влажном плотном песочном слое быстро заполнялись водой, тут же моментально исчезавшей вместе с отпечатками босых ног. Воздух и река казались неподвижными, не слышался даже привычный легкий шелест волн. Только отсветы, оставленные уже почти севшим солнцем, слабо колебались на спокойной водной глади -  будто сами собой вздрагивали непонятно от чего.
- Красотища, - согласно кивнул Ростовцев, опуская рюкзак на песок. - Удивительное место.
Улыбка не сходила сего лица, пока он, закатав повыше штаны, чтобы не намокли в выпавшей на траву росе, собирал хворост. Сделал несколько ходок и принес на пляж четыре  больших охапки сухих веток разной толщины - вокруг лесной тропы, ведущей к заводи, их было великое множество. Умело и ловко сложил костер, разжег его с одного щелчка зажигалкой. Расстелил на песке извлеченный из рюкзака коврик. Разделся до трусов, сбрасывая на него одежду.
- Поплаваю, пока у тебя ажиотажный клев крокодилов не начался. А то пыли и грязи на мне за сегодняшний день скопилось... дох...фига. С полом возился, в сарае археологические раскопки проводил. Так что сперва  выкупаюсь - потом в полное твое подчинение поступлю.
Уже входя в воду, Глеб обернулся к деду:
- Компанию не составишь? Не хочешь поплавать?
Видимо, магия этого вечера была настолько сильна, что он впервые за все время пребывания в Смородине забыл о шрамах, расчертивших грудь и спину.

+2

16

- Отчего ж не составить? И поплавать всегда за радость, мы тут с Тайкой каждый камушек на дне общупали, перебрали, - миролюбиво ответил Митрич, бросив быстрый внимательный взгляд на раздетого Глеба, - Вода сейчас теплая да ласковая, как женские руки.
  Затем, последовав примеру нового приятеля, скинул одежду и остался в такой же мужской  униформе. Сделал несколько неторопливых шагов в воду и, наклонившись и зачерпнув горсти воды, со вкусом плеснул на себя, крякнув от удовольствия.
- Ну что, Сергеич, не боишься намочить себе ...? - коротко хохотнул дед и вдруг, сделав еще несколько энергичных шагов, окунулся в кажущуюся густой как темный кисель, воду и неторопливо поплыл, загребая сильными крупными руками. Сергеич намочить не побоялся и вскоре над зеркальной гладью темной и нагретой за день воды - то появлялись, то исчезали две головы. А тишина стояла удивительная, колдовская, только изредка нарушаемая ворчливым шуршанием прибрежного камыша.
  - Э-э-э-й, рыбачки, - рупором приложив  к губам ладони, звонко крикнула с берега Тайка. - Вы решили рыбу за жабры-хвосты прям там хватать и на берег выкидывать? - Затем сделала вид, что с преувеличенным вниманием разглядывает берег, даже приподняла дедовы портки и разочарованно повернулась к замершим пловцам.
- Ээх, деда, ну ничего без меня не можете. - И вдруг быстро скинув свободное льняное  платье и оставшись в светлом купальнике, стремительно вбежала в реку и бесшумно ушла под воду. Очень быстро вынырнула рядом с мужчинами, откинула мокрые пшеничные пряди и повернулась к деду.
- Я что пришла-то - Борька там буянит, без тебя в загон не идет. - Затем, будто только заметив Глеба, притворно-радостно ахнула, - Фагот Коровьев, какими судьбами? Как вы нашли местных русалок? И достаточно ли хороша здешняя водица? Вы не слишком промокли?
  И вдруг быстро вскинув руки, резко и сильно ударила ими по воде, подняв столб брызг, щедро окативший лица обоих мужчин. И, не дожидаясь слов благодарности, вновь ушла под воду, вынырнув уже недалеко от берега.
- От заноза, - Вытер ладонью лицо Митрич и крикнул, - Тайка, растудыт твою, иди-ка ты ... червей копать!
Довольная Тая не спеша вышла на берег, подняла свое платье, натянув его прямо на мокрое тело и босиком легко пробежалась по прибрежному песку в сторону  угасающего светила, на прощание окрасившего небо ярким румянцем. Остановилась, плавно подняла руки, мягко перебирая пальцами, будто играя на невидимых тонких струнах и так же тихо опустила, подставляя лицо последним лучам.
   А через минуту уже держала лопату в руках. Копать, значит копать. Червей, значит, червей. Как скажешь, деда.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

Отредактировано Таисия Звонцова (06-09-2013 18:51:10)

+1

17

Коротко фыркнув в ответ на дедов вопрос, Глеб с места, бесшумно и  практически без брызг, ушел под воду.  Идти на рекорд не стал - вынырнул довольно быстро, успев оказаться за это короткое время почти на середине реки. Перевернулся на спину, лег на воду, раскинув  в стороны руки и ноги, полежал несколько минут, восстанавливая дыхание, потом неторопливо поплыл к мерцающему бакену.
С берега донесся женский крик. Глеб обернулся назад, узнав голос. Непокорная дедова любимица все-таки ослушалась его, притащилась вслед за рыбаками  в заповедное место Митрича.
Видимо, Тайка поставила перед собой цель распугать им всю рыбу. Хорошенько прооравшись, она разделась, влетела в воду и поплыла прямиком к деду. Гэсэр повернул к берегу, старясь дышать хоть неглубоко, но ровно и размерено. Очень не хотелось испортить себе и людям отличный вечер очередной неприятностью с дыхалкой. Однако даже при всех своих проблемах, ему удалось оказаться рядом с Митричем чуть раньше, чем к ним подплыла Тая. Недаром он с детства в воде ощущал себя чуть ли не рыбой.
- Русалок  местных не успел найти, увы, - отозвался Глеб, пряча улыбку. - Вы же их распугали своими дикарскими воплями. Как и крокодилов с ежиками. Так что фиг мы теперь тут наловим. Кроме галош, которые и то могли потонуть со страху.
Ну, разве что одну блондинистую хулиганку поймать можно.
А блондинка резвилась, как ребенок. Поднимала фонтаны брызг, в угасающем солнечном свете превращавшихся  в капли червонного золота, смеялась, то уходила под воду, то выныривала совсем рядом с Глебом. А тот откровенно любовался девушкой, давя в себе желание подхватить ее на руки, отгоняя всплывавшие в памяти картинки из прошлого, казалось бы, давно и хорошо забытые. От этого начинало мучительно щемить сердце. Но это была не физическая боль, а какая-то иная.  Глеб не мог подобрать ей правильного определения, сердился сам на себя из-за этого, хмурил брови, но невольно начинал улыбаться, стоило лишь снова взглянуть на ладную точеную фигурку, соблазнительно облепленную мокрым купальником, увидеть сияющие глаза лжеГеллы.
Наплескавшись вдоволь, Тайка выбралась на берег и по приказу деда отправилась копать червей.
- Не порежтесь лопатой, - запоздало предупредил ее спину Глеб, выходя на берег. - Слишком хорошо наточена.
Не одеваясь, он присел к костерку. Подкинул в него сухих веток, оглянулся на деда.
- Ну что, Митрич, по глотку коньяку? Пока  твоей надзирательницы нет.

+1

18

- А можно и по глоточку, - не стал отказываться Митрич и быстро натянув широкие штаны, ловко полез в свою вместительную сумку. И вскоре на расстеленной скатерке лежали  незамысловатые и пахучие дары своего огорода - большой пучок душистой зелени, в которой теперь не скучал одинокий укроп, а вместе с ним бодро торчали перья зеленого лука и прочего разнотравья с грядок. Традиционные маленькие и хрустящие огурчики, буханка черного хлеба, завернутое в льняную тряпицу тонко нарезанное сало. Митрич отрезал от краюхи два добрых ломтя,  украсил каждый кусочком сала, веточками зелени и один протянул Глебу.
- Держи. Лучшей закуски и не знаю, потому как свое, от того и вкуснее, и полезнее, - Митрич даже чуть повысил голос, будто с ним кто собирался спорить, - Просто во всем границу знать надобно. - Затем уже пристально взглянул на уроливые шрамы на теле мужчины.
- Видал я такие узоры-то, Глеб Сергеич. Я же мальцом был, когда война с немцем закончилась. Вот мужиков-то наших война тоже разукрасила - кого как. И без руки бывало, и с ожогами, уж кому как досталось. Видать, и ты тоже ... Ладно, давай-ка по глотку,  чтоб, значит, ночь не пустой выдалась, а с толком посидели. Честно, скажу - рад тебе, Сергеев сын, что прибился ты обратно. Вот за эту радость и ... - Но не успев поднести стакан ко рту, дед замер и оглянулся - из прилеска доносился звонкий зов внучки, - От жеж заноза...
  А Тайка, взяв остро наточенную лопату, подошла к высокому ельнику - там, за первыми деревьями был овражек, давно примеченный Митричем. Его склоны всегда сплошь были усыпаны опавшей хвоей из-под которой выглядывали любопытные шляпки ярких лисичек. Там всегда можно было быстро накопать множество крупных ленивых червей, на которых, как считал Митрич, охотно клевала местная рыба. Тая подошла к оврагу и удивленно осмотрелась - недавний летний ливень размыл  один из склонов и он сильно осыпался,  темнея еще влажной землей. Девушка, пожав плечами, осторожно спустилась в овражек и воткнула лопату в густую землю. Та легко вошла в почву и вдруг склон начал снова медленно осыпаться. Тая хотела было подняться повыше, как вдруг заметила что-то непонятное, показавшееся с обрушившейся стороны.
- Деда-а-а, иди сюда, я, кажется,  клад нашла, - звонко засмеялась Тая.
Митрич поставил стакан обратно, досадливо крякнув, - Не отстанет теперь, пойду-ка схожу, что там она откопала, поди корягу какую смешную, любит она это.
  Через несколько минут Митрич стоял на склоне оврага, всматриваясь в найденное Таей, которая, улыбаясь, показывала на находку.
- Тайка, - вдруг севшим голосом сказал Митрич, - Ты только не двигайся, я сейчас ... Ах ты, мать честная ... - и побледневший Митрич повернулся к подошедшему Глебу.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+2

19

Пока дед "накрывал на стол", Глеб успел  набросить на плечи куртку. Надевать штаны он пока не спешил, предполагая сперва дать высохнуть трусам. Митрич методично извлекал из сумку дары полей, огородов и свиноферм: черный хлеб, огурцы, зелень, сало. Стараясь не отставать от него, Гэсэр налил в стаканчики коньяк. Взял протянутый ему бутерброд, пряча улыбку, выслушал монолог деда о вкусной и здоровой пище. Откусить от остро пахнущего сооружения он не успел: Митрич-таки заговорил о его "украшениях". И тут  Глеб лишний раз убедился, что оказался абсолютно прав в своем мнении относительно старика. Не прост, очень не прост был Тайкин дед. Мысленно отдавая должное его мудрости, благодаря которой он оказался избавленным от лишних распросов, Ростовцев кивнул в ответ на тост. Поднес к губам стаканчик, да так и замер, прислушиваясь к донесенному ветром смеху и голосу Тайки.
- Кладоискательница, - хмыкнул он, пристраивая коньяк и бутерброд на коврик.
Одеваться за считанные секунды Глеб научился еще в суворовском. Поэтому штаны и футболку он надел мгновенно, обуваться не стал. Придерживая норовящую свалиться с плеч куртку, широкими шагами направился вслед за Митричем, нагоняя его по пути.
Голос блондинки доносился  откуда-то из-за ельника, колючие  лапы которого свисали до земли. Хвоя была влажной от росы, рукава куртки от соприкосновения с ней покрылись каплями, похожими на бисер. Такие же капли попали на  еще мокрые волосы и на лицо Глеба. Он отер их ладонью, остановился рядом с дедом, оглядывая небольшой  овражек. Ярко-зеленый молодой мох, покрывавший его стены, был усыпан  еловыми и сосновые иглами - наверное, еще прошлогодними. А еще из него задорно и соблазнительно выглядывали шляпки лисичек. Из земли торчала воткнутая лопата, чернела осыпь - видимо, вызванная Тайкиной попыткой накопать червей. Осыпавшийся грунт обнажил нечто, ничуть не напоминавшее ни сундук с пиастрами, ни хотя бы глиняную кубышку с каким-нибудь царскими алтынными. Гэсэр с первого взгляда понял, что это была за ржавая железяка. И от этого ему стало не по себе.
- Таисия, Митрич, идите на берег, - спокойно и негромко скомандовал он, присаживаясь на  корточки. - Лопату не трогайте. Только нож и фонарь мне потом пусть кто-то из вас принесет. Налобник, лежит в кармане рюкзака. Близко подходить не надо, положите за моей спиной. Так, чтобы рукой можно было дотянуться.
Ростовцев повел плечами, позволяя куртке упасть на землю. Придвинулся к ржавому округлому боку, уже не слишком хорошо заметному на фоне земли в сгущающихся сумерках. Осторожно, едва касаясь его и виднеющегося куска хвостовой части авиабомбы, провел  кончиками пальцев, ощущая холод металла.
Может, пустышка?
В это верилось очень слабо.

+2

20

После коротких спокойных слов Глеба, побледневший Митрич подошел к краю вымоины и, протянув руки, помог выбраться примолкнувшей Тае. А потом они вдвоем, также не проронив ни слова, побежали к оставшимся на берегу вещам.
    Таисия все поняла. Когда-то здесь бушевала безумная война, которая всегда представлялась ей уродливой старухой, с равнодушным холодным взглядом. Впрочем, у ненасытно пожирающей жизни, другого лица быть не может. И про такие находки Тая слышала - проржавевшие отголоски такой далекой ненависти, которым все равно кого убивать - забредших грибников, любопытных детей, влюбленную пару, и которые  вдруг оказывались  у ничего не подозревающих людей под ногами, как сейчас. Война и смерть - родные сестры с одинаковым черным взглядом пустых безжизненных глазниц.
   К вещам первой подбежала быстрая и легкая Тая, сразу кинувшаяся к дедовой сумке. Она ловко выудила оттуда отличный фонарь, подаренный ею деду на день рождения и его любимый  нож, годящийся  на все случаи жизни,  заботливо уложенный в плотный кожаный чехол. Подоспевший следом Митрич без лишних слов кинулся к рюкзаку Глеба и достал из бокового кармана то, что было велено. Затем повернулся к Тае и забрав у нее из рук нужные вещи, резко бросил.
- Остаешься здесь, Таисия, и чтобы отсюда ни ногой. Ты поняла меня? Не бабское там дело, - и быстро повернувшись, заспешил обратно в лес, попутно утирая рукавом взмокший лоб.
   Подождав, пока широкая дедова спина скроется за первыми деревьями, девушка заспешила следом. Невмоготу ей было оставаться на берегу, когда лютая погибель ощерилась ржавой пастью из-под осыпавшегося склона. Добравшись до края перелеска, Тая незаметно юркнула за один из широких еловых стволов, откуда все было видно. На ее плечо легла тяжелая зеленая ветка с короткой хвоей - такой колкой и такой душистой. А кора, к которой щекой прижалась девушка, была такой шершавой и такой теплой. Лес был уже сонным, но таким живым.
  Тая всмотрелась в сторону мужских фигур - она видела, как дед осторожно положил, как и было велено, все принесенные предметы, и чуть отошел назад, не мешая, но и не спеша уходить. Тая знала - он не уйдет, как и Глеб.
   Потому что они - мужчины.

[NIC]Таисия Звонцоваз[/NIC]
[STA]Солнышко[/STA]
[AVA]http://s018.radikal.ru/i508/1502/68/caef9b0b509b.jpg[/AVA]

+2


Вы здесь » Скрытый город » Городской архив » Ловись, рыбка, большая и ...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC