Вверх страницы

Вниз страницы

Скрытый город

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Скрытый город » Вне времени » По следам прошлого


По следам прошлого

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время действия:
18-19 июня 2012 года.
Место действия:
Лес, сторожка Егора Потапова.
Действующие лица:
Егор Потапов, Варвара Берёзкина, Мария Берёзкина, Ирина Берёзкина (НПС).
Синопсис:
После того как нашли и отпустили Ивана Царёва, Варе позвонила мать и попросила забрать кое-какие вещи и технику из родительского дома перед тем, как в него заселятся новые владельцы. В этом доме Варя не была с того самого дня, как отец надел на неё ошейник. Естественно, накрыли эмоции, и сильные. В слезах девушка убегает в лес, где её находит лесник Егор Потапов и ведёт к себе отогреваться и утешать. Разговор с Егором помогает Варе успокоиться...

0

2

- Мам, я приехала! – остановившись у калитки, позвала мать Варя. Ирина вышла из дома и открыла – помнила, что ключей у дочери не осталось. Демонстративно швырнула связку на землю, садясь в машину в тот день.
Варя неприязненно оглядела двор и сад. Она не была в этом доме с начала июня, когда отец своими руками защёлкнул на шее дочери рабский ошейник. Хвала богам и Глебу, спасшему жертву отцовского эгоизма от насилия и унижения...
- Проходи, - неловко улыбаясь, обняла дочь Ирина. Они вошли в дом. Варя почувствовала, как тает хорошее настроение и облегчение, появившееся после отъезда Ивана, и как вползают в душу чёрные воспоминания. Вон качели, из окна видны… на них она и сидела, когда приехал отец с ошейником и Васькой. Как он мог? КАК?
- Я чайник поставлю, - предложила мать. Варя молча кивнула и села.
- Что я должна забрать? – спросила она хмуро.
- Ну, технику… комп, ноут... у тебя же старые, ещё на первом курсе бабушка дарила. А эти он весной только купил, - Ирина, ощущая вину перед дочерью, почти буквально мела хвостом. – Вообще посуду и вещи Игоря тоже неплохо бы забрать. Ну, продашь потом, что ли. Мне куда это всё? А жильцы попросили всё убрать из вещей и мелкой техники. У Марии Егоровны сарай же есть. Вот туда отвезём, потом продашь. Всё же новое.
Да уж. Заполучив в руки первые деньги, Игорь Берёзкин тут же начал их тратить. Вложить в бизнес, расширяться? Нет, что вы. Срочно выстроить крутой дом с бильярдом, сауной, джакузи и прочим золотым бредом. Накупить дизайнерских шмоток, крутую машину, технику. И ничего, что в компьютере он был как свинья в апельсинах и на мощной машинке разве что почту читал и в стрелялки играл. Зато новенький! И так во всём. Модное, дорогое, красивое. И обновлял регулярно, ревниво следя за модой и тенденциями одежды и техники.
Варя сидела за столом, рассеянно оглядывая место, где прожила пять лет и откуда ушла... ушла после предательства отца, продавшего её в рабство. Покупатели брали дом вместе с мебелью и обстановкой, попросив лишь забрать то, что бывшие хозяева сочтут нужным. А потом они выбросят то, что не надо им, и переедут. Мать, ещё уезжая из дома после похорон мужа, забрала свои вещи и кое-какую технику. Теперь она копошилась на кухне, складывая в коробки кухонные приборы. Ирина Берёзкина собиралась уехать в Сочи и открыть там маленькую гостиницу. Дочь собиралась и дальше жить у бабушки. Месяц назад кредиторы покойного мужа неожиданно скостили половину суммы, и вдова благополучно продала заправку и мастерскую, что позволило закрыть долг. А теперь и от дома избавились - он никогда не нравился ни Ирине, ни Варе. Слишком помпезно и "бохато".
- Как ты, доченька? – заискивающе спросила Ирина, ставя перед Варей кружку с чаем.
- Нормально. С чего вдруг интересуешься? Ты за шесть недель мне позвонила раза три, не больше. А приехать и вовсе не сподобилась, - строптивая дочь упрямо не шла на примирение.
- Ну… ты же знаешь, не ладим мы с твоей бабушкой, - Ирина полезла в холодильник и достала мёд и печенье, купленные сегодня специально для приезда дочери.
- Знаю. А почему – не знаю, - с вызовом вскинула голову Варя. – Вы ж не говорите.
- Да… это ещё с твоего рождения! – в сердцах выпалила Ирина. – Ты котёнком родилась… Ну, вышло так, я.. сама знаешь… больше рысью люблю быть. Ну и вот. А она пришла и такой скандал устроила! Мол, ты можешь не превратиться больше, да всё такое. И забрала тебя! Унесла к Моревне… вернула уже маленькую девочку. А то бы мы без неё не справились! Чтоб оборотень да не смог перекинуться? Быть такого не может!
Варя ошеломлённо смотрела на мать. Котёнком? Она родилась маленькой рыськой? Вот это новости!
- А почему не рассказывали-то??? – оторопело спросила она.
- Почему, почему… не хотелось мне, - буркнула мать. – Вечно твоя бабка лезла в наши дела и в нашу семью. И тебя вон вырастила… под стать себе.
- А это плохо? – усмехнулась дочь. – Или мне надо было как ты, рысью остаться? Ты свой дар магический развивать не пожелала, и мне так же поступить следовало?
- Больно умная зато выросла! – огрызнулась мать. – Иди посмотри, что ещё заберёшь. Технику и шмотки я привезу, «Газель» заказала уже.
Дочь молча допила чай и вышла. Мельком осмотрела гостиную. В подвал, в бильярдную и сауну, даже не пошла – что ей там делать? У бабушки баня шикарная, не чета этой клетушке. Из гостиной ничего не понадобилось.
Придя в кабинет отца (да, у него и такой был, а как же! С дорогим столом, покрытым зелёным сукном, и малахитовым пресс-папье), она только упаковала в коробку отцовский компьютер и положила в сумку тонкий, дорогой ноутбук. Игорь не умел толком пользоваться компьютерами, но при первых же деньгах купил самые навороченные девайсы. Айфон продали сразу - Варя терпеть не могла смартфоны. А вот стационарный комп, планшет и ноут будущая дизайнер решила забрать, поскольку её старенький, подаренный бабушкой на поступление в институт уже не позволял решать кое-какие дизайнерские задачи.
Книги просмотрела, отложила несколько штук из полезных. Сложила на стол, чтобы упаковать. В свою бывшую комнату даже не поднялась – всё, что хотела, она забрала ещё в тот день. Станки и коробки с тканями перевезли парой дней позже, после переезда рыськи к бабушке.
Вышла на веранду, села на диван… и расплакалась вдруг. Она не могла сказать, что именно оплакивает. Потерю ставшей привычной за пять лет обеспеченной жизни? Вряд ли. Средств ей хватало и до богатства. Рукоделие и магические навыки приносили неплохие для студентки деньги. Мази, шампуни и прочую натуральную косметику она уже лет пять варила – пока так, по заказам знакомых. Вот окончит университет и начнёт уже серьёзно заниматься зельеварением. Благо с магией дружит. Вон, Денис на её бальзамах какую гриву отрастил! А ходил стриженый, как призывник, потому что волосы жёсткие и путаются. И мазь от ушибов в клубе уходила на раз – синяки да шишки парни на тренировках набивали, а уж на фестивалях и вовсе по две коробки уходило влёт. Так что причиной слёз точно не потеря финансовой поддержки стала. У родителей Варя ничего не просила. Ну, верхнюю одежду покупали, обувь. Машину она запретила покупать – ещё чего! Маршрутки и верная метла куда лучше. Ни бензина, ни страховки, ни гаража не требуют.
Тогда почему на душе так тошно? Семью оплакивать тоже не имело смысла - её не стало в тот день. Да и раньше... как-то так сложилось, что Варе уютнее было у бабушки, в доме, полном тепла и любви, с Дашкой, Мотькой и их общими проказами, с вечерними посиделками и занятиями магией, с беготнёй по двору на двух ногах и четырёх лапах... Там была жизнь. А здесь? Что было здесь? Школа, дежурные родительские вопросы... Ирина и Игорь, казалось, любили дочь... Тем не менее, Игорь без сомнений отдал Варю Боровкову, прекрасно понимая, что тот с ней сделает. А мать... Да, она устроила мужу скандал, но ни разу не пришла к свекрови поговорить с дочерью - не то испытывая вину перед той, не то... да поди пойми.
Какое странное и страшное лето... За пару месяцев столько всего случилось, на две жизни хватит. Рабство, неожиданно начавшееся и столь же внезапно закончившееся, помолвка, устроенная двумя предприимчивыми малявками, которая вдруг сорвалась из-за бегства Ивана... Хорошо, что они его нашли сегодня и отпустили. Всем лучше будет. И Егор славный такой… бросил свои дела, поехал с ними искать. Хороший он.
Слёзы не отпускали. Вопреки уверениям книг, что слёзы очищают, легче не становилось. В душе клокотало что-то тяжёлое, тёмное. Стресс, пережитый за шесть недель, похоже, подошёл к критической точке воздействия на организм и теперь выжигал последние нетронутые струны души. Перед глазами всплывали картины пережитого, безжалостно обжигая душу. Варя взахлёб ревела, дрожащими руками комкая палантин. Легче не становилось - сознание туманили дичайшая тоска и боль, до этого дня таившиеся где-то в глубине души и подавленные силой воли.
В гостиную вошла Ирина, молча глядя на дочь. Утешать или хотя бы обнять она даже не пыталась. Не было у этой женщины опции обнимания. Да и мать она была… когда Варя перекидывалась – и оближет, и помурчит. А вот человечка-дочь… не то чтобы не любила, но холоднее гораздо.
- Я всё посмотрела. Технику упаковала, вместе с остальным привезёшь! – рывком вытерев слёзы, вскочила Варя.
- Хорошо, - кивнула мать. Варя выскочила наружу и побежала к лесу. Уже стемнело, к тому же она не глядела, куда бежит, поэтому очень быстро оказалась в незнакомом месте. Будь она спокойнее, может, и опознала бы эти места. Но не в том состоянии, в котором была. Растерянно оглянувшись, заплаканная Варя остановилась. Она не понимала, что делает в этом месте, и куда идти, не знала.
Внезапно стало ещё темнее, а с неба хлынул проливной дождь, что не добавило оптимизма плачущей девушке, которая и так не в силах была успокоиться. Измученная неделями тоски и боли душа не выдержала визита в дом, где всё началось, и сорвалась. Все шесть недель с того кошмарного дня Варя не позволяла себе думать о том, что сделал отец, о том, что чуть было не произошло с ней по воле Боровкова, о двух убийственно тяжёлых неделях, пока она жила без магии и в тумане какого-то странного состояния обидчивости и тоски, вынужденная маскировать тоску улыбкой, а отчаяние - спокойствием. И теперь психика мстила ей за это истерикой. Растрёпанная, зарёванная девушка плелась по тропинке куда глаза глядят, краешком сознания отмечая, что ещё не всё, что истерика просто дала передышку и достаточно пёрышка, чтобы сломать спину верблюда.
Искомое пёрышко не заставило себя ждать - всегда тонко чувствующая лес магичка-оборотень не заметила, как забрела на окраину болота, и по пояс ухнула в трясину. Утонуть не позволили рефлексы - падая, Варя схватилась за мелькнувшую перед лицом толстую ветку и кое-как выбралась с её помощью. А может, леший подхватил, не дав утонуть.
Промокшая насквозь, грязная и вконец растрёпанная, Варя упала на колени и тихо заскулила, добитая коварством стихии. Остатки душевных сил, на которых она держалась сегодня во время поисков Ивана, закончились на падении в болото. И теперь доведённая до предела девчонка сидела на коленях в мокрой траве, закрыв лицо ладонями, и тихо плакала - на громкую истерику сил уже не осталось. А на то, чтобы высушить себя магией, не нашлось желания. Варе сейчас было так плохо, что не хотелось и думать о внешнем виде или сухом платье...

0

3

Начавшийся с забавного приключения день закончился проливным дождем с грозой и сильным ветром. В лес Потапов решил сходить, находясь под впечатлением увиденного днем волшебства и услышанной истории. Было и смешно, и странно, и немного обидно за симпатичную девчонку, которой так не повезло… Клеймить Царева дураком или мерзавцем Егор не спешил, кто его знает, как бы он сам повел себя в такой ситуации, и хорошо еще, что люди вокруг вменяемые, есть кому помочь, поддержать, оберечь.
Проверив очередной сектор своих владений и промочив хвост, нос, штаны, кирзу, только куртка еще как-то держалась, Егор сообщил хмурой туче, висящей над лесом, что он осознал, проникся и уходит. Перекинувшись в медведя, который не мерз под потоками воды с неба, он потрусил в сторону дома, к протопленной с утра бане, тазику картошки с тушенкой и горячему чаю. Дед Матвей, скрытный лесниковский домовой, обещал к ужину пирог с зайчатиной, которую Потапыч обеспечил еще вчера, и подробный мастер-класс по его изготовлению. Несмотря на общую угрюмость и необщительность, домовым дед был отличным, так что уже через неделю после переезда они с Егором нашли общий язык на почве исключительной хозяйственности обоих.
Ливень зарядил такой, что пробивало даже медвежью шерсть. Мишка обходил по краю болотину, ближнюю к дому – мог бы и напрямик пройти, но потоки воды скрадывали очертания тропок, на болоте даже зверь запросто ошибется – когда услышал человека.
Женщину – девушку – Варю, уточнил медвежий нос по мере приближения: ветер тянул навстречу. Ну, вот. Мишка остановился, включилась человеческая логика. Что в такую погоду делать девчонке в лесу? Определенно, нечего. Значит, что-то случилось…
Егор стряхнул с себя медвежий облик и поежился от мгновенно прокатившемуся по телу ознобу, прибавил шаг, и через минуту поравнялся с сидящей прямо на тропе Варей
Девчонка тяжело всхлипывала, будто ее придавило к земле какой-то невидимой тяжестью, аж дышать было нечем, она была мокрой насквозь, и не только от ливня – на подоле сарафана остались щедрые разводы болотной травы и ряски. Первая же мысль, пришедшая в голову бывшему менту, была очень нехорошей, и немного остудило его голову только то, что девчонка здесь была одна, на ее одежде не было видно следов чужого вмешательства, а длинная размокшая царапина на плече происходила от вон той обломанной ветки, с помощью которой Варя, видимо, выбиралась из болота.
Не думая, что может напугать ее еще сильнее, - он ходил тихо, да за дождем его шагов и вовсе слышно не было, - Егор снял куртку и накинул на плечи девушке.
- Варюшка? Что случилось?– Он присел рядом на корточки, заворачивая ее в жесткую, но теплую ткань куртки. Случайно сделанное ударение на первый слог остро напомнило ему, как он однажды сестренку успокаивал: «Ирушка, маленькая…» – Обидел кто? Испугал?
Что-то все равно было не так, не мог оборотень сам собой в болото заскочить… и вот так вот сидеть потом, бездомным котенком на дороге. Или мог? Сам-то он сколько раз с валежин в парке ночью кору драл… было б болото рядом – не заметил бы.
- Эй, рысенок, не надо так сидеть, ты уже как мавка болотная – синяя и в пупырышку. Ну-ка, поднимайся…

+1

4

Ощущение тёплой ткани на плечах резким контрастом с ледяной кожей и мокрыми волосами щёлкнуло по измученным нервам Вари. Даже не сообразив, кто рядом, она просто повернулась на голос и уткнулась в укрывшего, судорожно вздыхая и всхлипывая. Пахло чем-то знакомым... и голос вроде тоже слышан. Рысь внутри принюхалась и успокоенно свернулась клубочком: это свои. Этот не обидит. На свою человеческую половинку в плане опознавания спасителя кошка сейчас не надеялась, ощущая тяжёлый надрыв в оной половинке.
Впрочем, Варя и не подумала сообразить, кто с ней заговорил. Сознание пережившей сильный нервный срыв девушки забило на сравнения и просто доверчиво переложило все решения и мысли в руки этого, тёплого, который укрыл и обнимает. Какое-то время она ещё плакала, уткнувшись в грудь обнимающего мужчины, и не заметила, как оказалась на ногах. Ветер хлестнул по подолу, прилепив ледяную ткань к ногам, и Варя словно очнулась от полузабвения.
- Егор? - растерянно спросила она, обводя взглядом лицо лесника. - А... что ты тут делаешь?
Вопрос, конечно, был из разряда гениальных, учитывая, где находились участники диалога и кем был один из них. Впрочем, какая логика после трёх часов беспрерывных рыданий?
Рысь внутри пошевелилась и напомнила, что вообще-то первым спросил Егор. Варя опустила голову и тайком вдохнула запах мокрого мужского тела, повинуясь непонятному инстинкту. Удивлённая истерика нахмурилась и немного отступила, ошарашенная нелогичным поведением объекта.
- Никто не обидел... Просто... Накатило как-то, - нехотя призналась Варя. - Лето тяжёлое выдалось. Хотя мне казалось, что я пережила все эти события спокойно, что прошло. А сегодня... последней каплей стала эта фигня с Иваном, и потом я домой пошла... Где всё началось.
Мда, редкий по информативности ответ. Нет, а чего вы хотите в тёмном лесу под ливнем, после изысканной ванны в болоте и двухчасовой истерики, когда зубы стучат от холода, а внешний вид, наверное... Ну да, вылитая мавка и есть. Синяя, мокрая и лохматая.
Прерывисто вздохнув, Варя нехотя высвободилась из рук Егора. Нехотя, да. Потому что отчаянно не хотелось покидать уютные и тёплые объятия, в которых вдруг на несколько мгновений стало наплевать на всё случившееся, а мир перестал казаться опасным и страшным, как ещё две минуты назад. Просто холодно и мокро.
Нет, она готова была рассказать всё и подробно - две недели без магии, в состоянии... наверное, близком к крутому ПМС, замешанном на депрессии, и четыре недели в попытках справиться с пережитым самостоятельно, доконают и психику посильнее. Варе требовалось выговориться, задать вслух все те вопросы, которые она не посмела задать бабушке, понимая, что ту предательство и гниль сына ударило кабы не сильнее... А больше не с кем было обсудить это - не Глеба же грузить, ему и так досталось от знакомства с Берёзкиными. В общем, срочно требовались терпеливые уши и тёплая жилетка. И желательно сухие стены вокруг и большое одеяло. И кружка чая. Три. Горячего...

0

5

Не так все плохо было, как ему показалось – девушка отреагировала нормально, уткнувшись мокрой головой ему в плечо. Значит, ничего непоправимого, просто… накатило. Неприметно морщась от текущей по спине холодной воды, Егор обнял девушку, гладя по волосам, и повторяя в такт ее всхлипам:
- Ничего, все пройдет… Ничего… все будет хорошо…
А что еще можно сказать, когда не знаешь, о чем идет речь? Нести успокоительную ерунду, и внимательно, руками, слушать, как отходит чужое напряжение.
- Да так… - Хмыкнул Потапыч в ответ на оригинальный Варин вопрос. – Живу я тут. И работаю. – Улыбнулся, предлагая разделить немудрящую шутку.
- Это хорошо, что никто. Так… - Не отпустил, но развернулся вместе с ней, притиснул к своему боку. – Сейчас мы уберемся отсюда в тепло, и там поговорим, ладно? Нам обоим не помешает что-то теплое. Так что давай, лапками топ-топ, во-он в ту сторону. Побежали?
Зная, что закостеневшее от мокрого холода тело будет сопротивляться движению, Егор сначала почти потащил Варю за собой, заставляя шевелить ногами, но, осознав, что легче девчонке от этого не будет, остановился. Его обнесло золотыми искрами, и секундой позже на тропинку встал уже ей знакомый медведь.
- Садись. – Добродушно рыкнет у Вари в сознании. – Точнее – ложись вдоль хребта, и держись за шерсть. А то год ползти на негнущихся лапах будем. Свалиться не бойся, не уроню.
Взгляд у зверя умный и спокойный, не звериный. Обстановка не экстремальная, мишка сытый, контролируется хорошо и не возражает, чтобы на нем катались. А хоть бы и вычесывали…
- Залезай, говорю.

+1

6

В тепло - это даа... Это хорошо. Клацнув зубами, Варя шагнула было вслед за Егором, не выпускавшим её руку, но споткнулась на втором шаге: замёрзшее и напряжённое от истерики тело двигаться отказывалось. А ноги ещё и затекли вдобавок. Егор, похоже, это тоже сообразил... Потому что через секунду на тропинке стоял очень крупный мишка. Варя невольно ахнула, восхитившись статью зверя, и послушно полезла на загривок. Из последних сил вцепилась в шерсть медведя и блаженно зажмурилась, уткнувшись носом в подшёрсток. Какой чудесный ведмедь... Рысь тоже одобрительно мрявкнула. Особенно тому, что они идут в тепло и сухость. И там Варьку успокоит этот хороший парень. А то весь день на пределе с этим клятым женихом, потом в доме нервы... Кто ж выдержит...

0

7

Размашистым галопом, или чем-то его сильно напоминающим, мишка доскакал до дома куда быстрее, чем они добежали бы пешком, и, действительно, ношу свою по дороге не потерял. Ну, разве что, растряс немного.
Сгрузил на крыльцо, подтолкнул плечом в… куда достал, мысленно скомандовал «дуй в дом, живо!», отряхнулся как огромная собака, залив мелкими брызгами крыльцо и часть сеней через распахнутую дверь, и поднялся на задние лапы уже человеком.
- Деда Матвей, гости у нас! – Потапыч ввалился следом за Варей в дом, окликая домового. – Горячего нам, хоть по чашке, да побыстрее бы, а то зубы стучат.
- Да вы оба в болоте купались, что ли? – проворчал невидимый старик. Не показался – привычка такая, но голос подал… и Егор уважительно покосился на Варю. Такая честь не каждому отламывалась. – Баня остыть не успела, баба Тася бдит за ней. Это тебя она стесняется, лось здоровый, а к девке-то выйдет. А ты, девка, давай туда сразу. Греть тебя надо, ишь, синяя вся уже. Таське-то вон, пряник снеси, она попарит. А ты, Егорша, пока внутрь согревайся.
Деда Матвей был ворчлив, но хозяйничал отменно: брякнулся на стол чайник, стакан в подстаканнике, банка варенья… из-под лавки выехал таз с лежащим на краю полотенцем.
- И ноги пока попарь, а то ты, медведь, чихнешь – у нас изба как тот теремок раскатится… ну и что стоишь-то, хозяин-батюшка? Девке двор кажи, да в баню спровадь.
Даваясь смехом, Егор развернул Варю к дверям:
- Пойдем, баню покажу. А то он нас прямо тут парить будет. Тем веником, которым пол метет. Полотенце сейчас найду и покрывало теплое занесу в предбанник, пока ты греешься, а вещи мокрые прямо там на лавке оставь. И пряник вот возьми с собой, Тасе, байнице, взятку дашь. Она и попарит и одежду в порядок приведет. Я после тебя ополоснусь. Давай-давай, лапками, пока не расчихалась…
Он проводит гостью до бани, стоящей за домом, почти на скате к ручью – наверное, хорошо зимой в ручей из парилки окунаться – и через несколько минут, опрокинув в себя стакан чая с малиной, и тактично выждав, чтоб Варя закрыла за собой внутреннюю дверь, положит на лавку обещанное. И зонт – потому что дождь все никак не унимается.
Надо же, как. Как котенок на дороге ведь сидела…
Почему-то эта картина Егору покоя не давала.

+1

8

От лёгкого толчка медвежьего плеча Варя разве что в дверь не влепилась. Дрожа и клацая зубами, ввалилась в дом, блаженно зажмурившись от тепла, и обхватила себя руками. Егор как-то странно на неё посмотрел после возгласа домового. Варя нахмурилась: что-то не так? Или в том, что домовой заговорил, суть? Может, он не общается с гостями обычно?
- Здравствуй, дедушка, - слегка поклонилась мокрая Варя. - Непременно, как можно в баню без подарка. А квасу нальёшь? На угольки плеснуть - милое дело.
Беглый осмотр дома давал понять, что здесь живёт мужчина. Одинокий. Егор не женат, что ли? Женской руки не видно. Похоже, что и домовой одинок - когда они семьёй дом обихаживают, это чувствуется. А здесь... аккуратно, чисто, но по-мужски. Днём они даже не заходили в дом. Во дворе с картой посидели да поехали беглого жениха искать. Сейчас Варя украдкой оглядывалась. Уютно. Деревянные стены, старая мебель. Этакий деревенский дом.
- Баня - это хорошо, - мечтательно вздохнула Варя и тихонько зевнула - после истерики и холода хотелось спать. А хорошо тут баня стоит - прям у ручья. Милое дело зимой купаться после парилки. - Спасибо, я недолго!
- Я тебе дам недолго! - раздался ворчливый голос с верхней полки. - Раздевайся да марш на полку, кошка мокрая! Пока всю хворь не выгоню - не выпущу!
Тася, банница, тоже не показалась, но мгновенно развела бурную деятельность: зашипели раскалённые камни, в воздухе запахло мятой и квасом, на полке тут же оказалась широкая махровая простынь, а рядом, на нижней - деревянная кадка с кипятком.
- Баб Тась, я пряничек в предбаннике оставила, - поспешно предупредила Варя, скидывая грязный сарафан и тонкую рубаху. - Тут намокнет.
Банница что-то проворчала, окуная веник в кадку с кипятком и тут же распаривая его над камнями. Варя провела по лицу ладонью, смоченной в ковше с холодной водой, и опустила голову на сложенные руки. После первых осторожных хлопков веника её разморило, и, кажется, рысь даже отключилась... по крайней мере, первый раз она пришла в себя от ковша ледяной воды, ожегшей разгорячённое тело. Тася сменила веники с пихтовых на берёзовые и принялась охаживать девушку уже сильнее.
Окончательно Варя пришла в себя лежащей на лавке и укрытой сухой простынёй. Кажется, её парили... долго... поили отваром... или чаем... что-то такое было. От истерики не осталось и следа: баня недаром считалась не только местом физического очищения, но и местом ворожбы. А банница своё дело знала: теперь простуда Варе не грозила точно. Да и на душе стало ощутимо легче, пропало чёрное отчаяние, тоска, стихла боль. Конечно, причина истерики не исчезла, для этого как минимум следовало проговорить случившееся - но это было уже не во власти банницы.
- Вставай, топай в дом, - заворчала Тася. - Там уж пирог да чай дожидаются.
Юная ведьма нечисти понравилась: пришла с подарком, да и разговаривала уважительно - видать, порядок знает, правильно воспитана. - Приходи, что ли... Баня у нас славная.
- Баб Тась, я тебе бусиков принесу в другой раз, - зевнув, Варя села на лавке. - Или хочешь, сарафан сошью? Красный в жёлтый горох.
- И косыночку, - застеснявшись, попросила нечисть. - Пошей, ага. Ну, иди, мне прибраться надо, а то сейчас Егор придёт париться. Я утром тут положу одёжу твою.
Прислушавшись, Варя взяла зонт и влезла в высокие тёплые тапочки с резиновой подошвой. Быстрым шагом добежала до дома.
- С лёгким паром, - проворчал дед Матвей. - Садись-ка. Егор, ты б ей одёжу какую дал... Не в простыне ж за столом сидеть! И давай, марш париться сам.

0


Вы здесь » Скрытый город » Вне времени » По следам прошлого


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC